На полшага впереди смерти - Алексей Макеев

Между тем Череп мучился похмельем. После наезда непонятного отморозка с добрыми глазами профессионального убийцы он весь день заливал душевные раны шотландским виски. Но не помогло. И теперь самые мрачные мысли с трудом ворочались в его тяжелой голове.

Стройбат просчитал его правильно – униженный Череп не станет кидать свои войска в лихую атаку. Да и братва у него, честно говоря, не особо заточена на мокрые дела. Отпинать кого-нибудь, деньги выбить с угрозами «ща всех порешим» – это да. А для мокрухи другой кураж нужен. И другие места обитания – тут глубинка, традиции больше мордобоя, а не стрельбы. А без мокрухи с таким типом разойтись не получится.

Но в душе Черепа тлела праведная жажда мести. Заезжий отморозок должен ответить за то, что влез не в свое дело и причинил душевные муки уважаемому человеку. Но как это устроить без роковых последствий?

В телеигре «Кто хочет стать миллионером», если сам не знаешь, что делать, есть такая услуга «Звонок другу». А друзей у Черепа было много. И разных.

– Сергеич, – прохрипел Череп в трубку мобильного телефона. – Это я. Узнал?

– Маразмом не страдаю, – сухо ответили ему. Вот умел собеседник говорить так веско, что вроде и не обматерил тебя, а ты стоишь и обтекаешь.

– Больших звезд тебе на погоны.

– Мне своих хватает. И не тебе их выписывать… Череп, давай без предисловий. Что у тебя стряслось?

– Да тут крендель один интересный заехал. Проверить бы его.

– Если интересный, то проверим… Через полчаса на старом месте.

– Буду.

– И если ты без серьезной причины меня обеда лишил, то пеняй на себя, – процедил начальник уголовного розыска местного отдела полиции.

Глава 39

Утро Капанадзе провел суетно. Ездил к сыну в институт договариваться, чтобы ему дали возможность пересдать хвосты, которые этот балбес накопил по ряду предметов. Сынуля был воистину творческой личностью и учил только то, что ему нравится. Поэтому и перескакивал постоянно с двойки на пятерку, держа маму в предынфарктном состоянии и вызывая у папы приступы ярости.

Пришлось договариваться с деканом, чтобы тот не отправлял сыночка в армию, чтобы не получилось как по анекдоту. Студенты: «Как нам получить автомат?» Преподаватель: «В ближайшем военкомате».

– Понимаете, ребенок безотцовщиной ведь рос, – включил Капанадзе режим суперобаяния и супервежливости.

– Как это? – подозрительно посмотрел на него декан.

– Папа – опер в уголовном розыске. Сын – безотцовщина.

– А вы что закончили?

– МГУ, юрфак.

– И как в уголовный розыск попали с таким образованием?

– Да уж и не припомню. Наверное, по приговору суда.

Он иногда и сам не мог понять, как это его, коренного москвича из приличной семьи, отец – директор завода, занесло на эти галеры? И каким образом однажды он принял это решение и настоял на нем, несмотря на бурные протесты всех родных? И стоит ли жалеть о том, что он обрек себя жить странной, какой-то сюрреалистичной жизнью, которую большинство людей на планете и представить себе не могут? Не было у него ответов. Единственное, что он знал, – это не только работа. Это его судьба.

Посмеялись, пошутили, Капанадзе всучил декану бутылку элитного коньяка, который перед этим конфисковал у приятеля-коммерсанта. Разошлись друг другом довольные.

На работе Капанадзе застал очередной дискуссионный клуб.

– Все специалисты говорят, что сегодняшний технологический уровень развития человечества позволяет решить все глобальные проблемы – сохранить природу, обеспечить едой и достойным уровнем жизни каждого человека на земле, – включил режим гуру Йог. – Но мешают агрессивность, жадность и подлость.

– А другие специалисты говорят, – встрял Айфоныч, набравшийся немерено ума из Интернета, – что подопытные крысы, которым давали идеальные условия для жизни, переставали плодиться и вся популяция дохла.

– Э, Афоня, – возмутилась Принцесса. – Значит, чтобы выжить – мы должны грызть друг другу глотки, воровать и убивать?

– Как-то так.

– Вот я тебя сейчас и загрызу за такие слова, чтобы человечество жило и дальше, – объявила Принцесса.

– Вы скоро все вымрете. От безделья, – сказал Капанадзе. – Работать, работать и работать.

Он вытащил из сейфа материалы по Клопу и принялся их листать, пытаясь вспомнить, где фигурировал Гамбург.

– Братва, кто что помнит за древний город Гамбург? – спросил он. – По делу нигде не проходил?

– Что-то было, – задумался Йог. – А что – не помню.

Айфоныч залез в систему «Розыск-магистраль», а затем в детализацию телефонных переговоров потерпевшего и основных фигурантов. Оказалось, что в Гамбург на протяжении последних лет неоднократно летали и Маргарита, и Мопс, и Полубогатова. И вообще этот город пользовался спросом.

– Вспомнил, – щелкнул пальцами Йог. – Вот что значит система подсознательной активизации памяти. Это просто делается…

– Что ты вспомнил? Без предисловий, – потребовал Капанадзе.

– Помнишь, кто-то неизвестный звонил Гольдиной и угрожал отомстить за смерть мужа? Она заявление следователю писала. Мы брали детализацию.

– И выяснили, что звонили с телефона-автомата, – кивнул Капанадзе.

– Да. Но по этой карточке был еще один звонок.

– Точно, – хлопнул себя Капанадзе по лбу. – Мы еще через Интерпол запрашивали. Там телефон какого-то отеля в Гамбурге. Ничего не установили.

Мысли у Капанадзе разбегались. Интуиция мигала красным маячком – тут что-то есть.

Что получается? В Гамбурге некто получил доступ к хранилищу Мопса. Кто мог знать о банковской ячейке? Кому Мопс мог ее доверить? Кому-то очень близкому. Жена? Родные? Не слишком он им верил… А взять само убийство. Он единственный раз пошел на встречу без телохранителя, хотя знал, что на него объявлена охота. Тоже ведь шел на встречу с человеком, которому доверял безраздельно.

А кому доверял? Например, Кунару, старому другу?.. А что, тоже вариант. В самом начале ведь была мысль, что с такой биографией он очень подходит на заказчика преступления.

Ну что, можно поздравить еще с одним подозреваемым?

Агата Кристи, где ты, чтобы описать наши подвиги и дать неожиданную, но хорошо доказанную и документированную отгадку?

Вот только реальная жизнь – это не кино и не роман. А нечто значительно хуже…

Глава 40

Начальник уголовного розыска подполковник Иванов был старый, матерый волчара и в целом город в руках держал крепко.

– Сегодня лидер, а завтра пидер. – Это была его любимая присказка, когда объявлялись всякие крутые, позволяющие себе слишком много, и оказывались в наручниках в комнате для допросов.

Давил он братву нещадно. Но обязательно рано или поздно заведется какая-нибудь уголовная тварь, которая объявит себя авторитетом. Они, как тараканы, возникают всегда, сколько ни трави. Поэтому Иванов давно решил – пусть кто-то держит район, точнее, считает, что держит, объявляет себя смотрящим. А начальник розыска будет держать за хобот его и через него всю мелкую шушеру.

Утром к Иванову подкатил Череп, считавшийся местным авторитетом, чья власть простиралась аж от рынка до окрестностей, со словами о заезжих отморозках. Хватило нескольких секунд, чтобы понять – тип, на которого жаловался местный авторитет, чем-то ему прищемил хвост, притом болезненно. Черепа начальнику уголовного розыска было не жалко, и сломя голову бросаться за него в бой он не стал.

– Это настоящий гангстер, – пиная ногой кирпичную стенку гаражей, возмущался Череп, будто сам был не бандитом, а воспитателем в детсаду.

– Ствол, наркоту у него видел? – лениво осведомился Иванов.

– Ствол? – Череп хотел брякнуть, что видел, но вовремя вспомнил, что револьвер принадлежал его помощнику Бройлеру. – Нет.

– А что видел?

– Да у него на морде сто пятая статья написана.

– А у тебя на морде статья об алиментах. Ну и что?

– Зачем обижаешь?

– Ладно, благодарю за службу.

– За какую службу! – взвился Череп, обвиненный в содействии правоохранительным органам. – Я тебе по-свойски!

– Остынь… Спасибо, своячок. Проверим твоего вражину.

– Проверь, Сергеич. Проверь ирода…

Начальник розыска прикинул, что, скорее всего, речь идет о каком-то заезжем уголовнике. Как тот сам сказал – он здесь кантуется. Может, дельце какое присматривает. Или в бегах.

Самый простой способ – это послать участкового, чтобы устроил разнос этому Зиновию и выкинул из города залетного блатаря от греха подальше. Нет на твоей территории человека – нет проблемы. Проблемы будут у тех, к кому он заедет. Железная логика. Но Иванов прошел старую школу, учившую думать о стране вообще, а не только о вверенном тебе районе.

Придя на работу, он затребовал себе литерное дело по розыску преступников и без вести пропавших. Каждый день оно пополнялось ориентировками по особо опасным лиходеям.